Воспоминания Дмитрия Семенова, выпускника 1970 года, об одноклассниках, учителях и школе № 26 09.02.2017

1 «А» класс, год поступления -1960. Снимок сделан, думаю, в 1960 году, но конечно не в сентябре – на нас уже октябрятские значки. Только сейчас обратил внимание: это был один из первых годов после введения новой школьной формы – мой одноклассник в первом ряду сидит еще в прежней форме.

Первая учительница – Мария Константиновна. Фамилию ее я не помню, она была с нами только первый год – потом ушла из школы.

На выпускном снимке 10 «А» класса я вижу совсем мало одноклассников, проучившихся со мной с первого по десятый класс. Конечно, повлияло обычное изменение жизненных обстоятельств, но главное, после окончания восьмилетки класс «А» был сформирован как математический. По-моему, именно с нашего класса был начат этот эксперимент по приданию 26-й школе математического уклона (параллельно с музыкальным). И поэтому в 9 «А» отобрали только лучших выпускников восьмых классов, и кроме того приняли «отличников» из других районов Москвы, которые хотели получить углубленное математическое образование. Поэтому наш девятый класс был изначально коллективом мало знакомых друг с другом школьников, в основном, не связанных обычным для школы дворовым соседством, и к тому же в большинстве своем – увлеченных математиков. Не очень получился дружный коллектив, после окончания школы не собирались и общих для класса отношений не поддерживали. Хотя практически всех вспоминаю с теплотой (и грустью, поскольку знаю, кого среди нас уже нет).

Математическое образование мы получили действительно на высоком уровне – до сих пор вспоминаю с благодарностью и использую эти знания в работе, хотя математика – не моя профессия. Наше математическое образование – всецело заслуга Натальи Николаевны Павловой (она третья справа в первом ряду). Мы ее не любили – в том смысле, что не было ничего сентиментального – она к этому не располагала: резкая, язвительная, без тени снисхождения или персональной симпатии. Умная, жесткая, эмоционально закрытая, выдерживающая дистанцию и с учениками, и с другими преподавателями, не прощающая слабости и ошибок. Мы ее уважали, боялись… и любили математику. Она была и нашим классным руководителем, но в этой ипостаси я ее совсем не помню – ее уроки, похожие на университетские семинары, помню прекрасно, ее голос, ее манеру объяснять и помогать разбираться. А вне класса – не помню ее совсем. К идеологии, воспитанию она относилась как настоящий ученый – как к чему-то излишнему. Конечно, случались разные жизненные ситуации – и тогда она приходила на помощь, но ни лидером коллектива, ни «наседкой для деток» она категорически не была.

Левее от Натальи Николаевны - еще один замечательный профессионал, и я благодарю судьбу, что у меня была такая учительница литературы и русского языка – Вера Измайловна Шварцман. Ну какой там уже «русский» в старших классах – а вот литература! И, наверное, благодаря Вере Измайловне, мне вдруг стало интересно писать самому – до сих пор от этой привычки не избавился. Вера Измайловна жила театром. В 26-й школе она появилась, наверное, как раз в год создания нашего девятого класса. Но в своих предыдущих школах она тоже жила театром и создавала его. Свою «труппу» - выпускников, поступивших в театральные, ставших музыкантами или костюмерами – она привела с собой. И создала с нами и с ними настоящий театр – не такой снисходительно школьный, какие мне доводилось видеть – а настоящий театр безо всяких поблажек. И была замечательным режиссёром! Хотя, боюсь, именно я немало ей нервов подпортил – бесконечными спорами (играл одну из главных ролей).

Слева от Веры Измайловны – легендарный директор школы, Маргарита Васильевна Храмова, а справа от Натальи Николаевны – завуч Любовь Серафимовна Хрустальная. Обе в нашем классе не преподавали, но мы их прекрасно знали. Это не были любимые руководители, но безусловно уважаемые и авторитетные.

А вот кто сидит с другой стороны от Маргариты Васильевны – не помню. Точно это – не наш преподаватель.

Вторая слева – Тамара Николаевна Трифонова, преподаватель истории и общественных наук. Всегда спокойная, сдержанная. О том, какая интересная вещь – история, я узнал точно не от нее.

Ну а рядом с ней – преподаватель физкультуры Таисия Ивановна Никитина. Никогда бы не вспомнил, но тут особый случай: Таисия Ивановна организовала наш летне-трудовой лагерь в Абхазии, Кобулети. Мы там чай собирали на плантации, но в основном купались.

А за ней стоит в очках и чуть старше нас Эдуард Ричардович Домбровский. Насколько я слышал, какое-то время он был директором после кончины Маргариты Васильевны. Сам скончался внезапно, на улице.

Но тогда он был совсем молодой, хотя уже несколько лет работал в этой школе. Преподавал географию и был завучем по воспитательной работе. География его увлекала примерно так же, как Тамару Николаевну – история. Соответственно никого из нас он к этой науке не пристрастил. А вот воспитательной работой он занимался от всей души, и посвящал ей немалую часть своих уроков. Это я безо всякой иронии – он действительно весь отдавался воспитанию всего этого огромного коллектива (школа была большая – были классы «Г»), а жестокие дети платили ему очными и заочными грубостями, насмешками, и даже драками и диверсиями.

Крайняя справа – Евдокия Николаевна Титова, мой бессменный преподаватель биологии (с 5 по 10 классы). В какой-то степени – моя крестница в биологии, во всяком случае, мою склонность к этой науке всегда отмечала и поддерживала. Но сама она ни увлеченным биологом, ни натуралистом, ни растениеводом не была.